НДС.Консультант ведёт созвон по одному вопросу. Второй вопрос, если он всплыл, либо садится в ту же позицию, либо уходит в аудит декларации, когда строк уже много. Ниже — что успевает часовая работа и что на ней сознательно не делают.
Что прислать до разговора, чтобы час не ушёл на вводные
Режим и форма: общая система, упрощёнка, ИП или ООО. Одна фраза вопроса своими словами, даже если она звучит бытово: «поставщик странный», «в счёте не та ставка», «боюсь сдавать вычет», «пришло требование», «хотим на упрощёнку». Бытовая фраза на созвоне станет вопросом статьи. До созвона её не надо переводить на канцелярит.
Один документ. Для сделки — договор и счёт-фактура, если они есть. Для декларации — фрагмент книги, а не выгрузка всей базы. Для требования — текст требования целиком: из него видно, что именно просят, а не что вам показалось. Для перехода — не презентация, а понимание, уведомление ещё впереди или срок уже обсуждают задним числом.
Не присылайте в первом письме весь диск с первичкой. Консультант не проводит инвентаризацию архива на созвоне. Если по ходу выяснится, что ответ упирается в приёмку на складе или в перевозку, это назовут отдельно: какой один документ достать. Пока его нет, позиция звучит так: строку рано защищать.
Ход созвона
Сначала вопрос произносят в той форме, в которой его задаёт камеральная проверка, а не в форме «подскажите вообще». Камеральная по статье 88 смотрит декларацию и расхождения. Значит, вопрос почти всегда конкретный. Совпадает ли вычет с принятием к учёту и со статьёй 172. Совпадает ли счёт-фактура со статьёй 169. Не заявлена ли операция дважды: с аванса и с отгрузки, без погашения следа. Не стоит ли в исходящем счёте правило, которого статья 164 вашей операции не даёт. Не расходится ли ваша книга с тем, что должен заявить контрагент по той же счёт-фактуре.
Потом документ. Не пересказ «у нас всё чисто», а что на бумаге. Если бумаги нет, а есть переписка, переписка не заменяет счёт-фактуру и не заменяет акт. Её можно учесть как след, что стороны о чём-то договорились. В позицию она входит с оговоркой: инспектору её может быть недостаточно.
Потом статья. Одна главная и соседние, без лекции. Если спор о вычете — 171 и 172. Если о том, была ли сделка, — 54.1 рядом с комплектом, и это уже другой разговор: как проверяем сделку. Если о том, что писать в ответ на требование, — не подмена вашей подписи, а каркас: какие факты подтверждаются, какие нет. Каркас пояснений разобран в тексте про камеральную.
В конце — действие. Оставить строку. Убрать до сдачи. Уточнить сданное по статье 81, если налог занижен. Не трогать закрытый документ, который покупатель уже принял, и править только следующие счета. Перенести разговор на переход, если вопрос на самом деле про режим: переход с ОСН на УСН.
Какие вопросы на созвоне живые
«Принять ли этот вычет в этом квартале». Живой, если есть принятие к учёту, документ и облагаемое использование либо честное деление по статье 170. Неживой, если вычет хотят «посадить», потому что платёж большой, а поставки не было.
«Какую ставку писать». Живой как привязка операции к статье 164 и, на упрощёнке, к правилу дохода в действующей редакции. Неживой как просьба выбрать меньший процент из чужой памятки. Памятку на созвоне не утверждают. Открывают норму на ваш квартал.
«Контрагент просит счёт без налога». Живой как проверка, позволяет ли ваш режим и ваша операция не предъявлять налог по статье 168. Неживой как просьба подстроить документ под удобство покупателя. Удобство покупателя не отменяет начисление, если оно уже следует из главы 21.
«Можно ли ответить на требование коротко». Живой, если требование узкое и документ есть. Неживой, если ответом хотят перекрыть отсутствие исполнения. Короткий ответ без факта хуже длинного: он фиксирует, что показать нечего.
«Стоит ли уходить с общей системы из-за этого квартала». На созвоне по одной декларации этот вопрос не закрывают. Квартал — плохой повод для уведомления. Срок и восстановление считают отдельно, иначе консультация превращается в лозунг.
Чем созвон отличается от аудита
Созвон закрывает один вопрос или одну сделку. Аудит перед сдачей проходит книгу продаж, книгу покупок и шаблон счетов целиком и нужен, когда вы не можете назвать строку, но не готовы отправить файл. Это аудит НДС. Налоговый аудит шире НДС: режим, счета, которые противоречат системе, следы в соседней декларации. Его берут, когда вопрос уже не про одну книгу: налоговый аудит.
Путать их дорого в обе стороны. Тащить на созвон всю базу — потратить час на названия контрагентов. Называть аудитом разговор про один договор — ждать от него список по всей декларации. На записи это разводят сразу. Общий вход — главная.
Что остаётся после созвона
Письменная позиция на страницу. Вопрос в формулировке инспектора. Норма. Что в документах есть. Чего нет. Что сделать человеку, который сдаёт отчёт, и чего не делать: не перевыставлять молча принятые покупателем счета, не дописывать акт задним числом, не защищать строку без поставки.
Позицию можно переслать главбуху, если на созвоне был директор, и директору, если звонил главбух. Расхождение между ними как раз частая причина слабой строки: в учёте одно, в договоре другое, в переписке с клиентом третье. Созвон это называет. Кто из них «главный», консультант не выбирает. Выбирает тот, кто подписывает декларацию.
Оптимизация, если она есть, в позиции занимает абзац, не весь текст. Например: вычет ваш по статьям 171 и 172, но в декларацию не попал — его заявляют в срок, который даёт кодекс. Или шаблон жёстче статьи 164 — следующие счета приводят к норме. Это не отдельный прайс «услуги оптимизации». Это следствие вопроса. Если хочется увидеть именно этот слой, он вынесен на страницу оптимизация НДС по итогам консультации.
Чего на созвоне не будет
Не будет лекции про все ставки года и не будет таблицы порогов. Цифры читают в редакции на дату вашего квартала, иначе позиция устаревает вместе с чужим пересказом. Не будет имени эксперта и «похожей компании». Чужой вычет не доказывает, что ваш комплект живой. Не будет входа в учётную программу и сдачи отчёта за вас. Не будет текста пояснения «под подпись консультанта»: пояснение подаёт налогоплательщик. Консультант даёт каркас фактов, которые можно подтвердить.
Не будет совета разрезать бизнес, открыть соседнее лицо или провести расход, которого не было. Если вопрос прозвучал так, его закрывают отказом в этой части и возвращают к строке, которую ещё можно защитить законом. Как консультант смотрит на сделку, где выгода единственная цель, — статья 54.1.
Кто обычно выходит на такой созвон и чем отличается вопрос ИП от вопроса главбуха — кому нужна консультация. Как устроена работа без витрины имён — кто консультирует.
Как бытовой вопрос становится вопросом статьи
«Поставщик какой-то левый» на созвоне не остаётся оценкой. Его переводят в три развилки, и только одна из них про статью 54.1. Первая: в счёте-фактуре брак реквизита, поставка была, исправление ещё возможно по статье 169. Вторая: поставка была, но исполнитель в накладной и сторона в договоре — разные лица, уступки нет. Третья: поставки не было, есть только комплект. Клиент часто уверен, что у него третья, а по документам первая, или наоборот. Пока перевод не сделан, любой совет «уберите вычет» или «оставляйте» одинаково слепой.
«Клиент просит без налога» переводится не в коммерческую уступку, а в проверку обязанности начислить. Если глава 21 и ваш режим уже требуют предъявить сумму по статье 168, просьба клиента — разговор о цене внутри суммы, а не о праве не начислять. Если режим налог не требует, рисовать его в счёте тоже не услуга клиенту: ему снимут то, чего не было. Обе развилки закрываются на созвоне без таблицы ставок. Цифру, если она нужна в счёте, берут из статьи 164 на дату, в позиции пишут «правило нормы», а не меню.
«Боюсь сдавать» переводится в имя строки. Пока имени нет, страх не консультируют. Спрашивают, что именно не сходится: аванс, ставка, контрагент, пустой склад при толстом акте. Один из ответов почти всегда находится за минуту. Если не находится, созвон честно переквалифицируют в аудит книг, а не заполняют час общими словами про добросовестность.
«Нас оптимизировали, теперь страшно» переводится в просьбу показать, что именно сделали. Часть сделанного оказывается обычным вычетом. Часть — фразой в договоре, которую пора снять на будущее. Часть — конструкцией, которую на камеральной нечем показать. Третью не доделывают и не «легализуют задним числом». Её перестают кормить следующими документами. Первые две могут остаться в работе. Так слово «оптимизация» на созвоне распадается, и это полезнее, чем спор, хорошее это слово или плохое.
Что уносят директор и главбух, если слушали вместе
Директор уносит границу. Какой ход норма держит, какой на вопросе инспектора пустой. Ему не нужен пересказ книги покупок. Нужна фраза, которую нельзя обещать клиенту в чате, и фраза, которую можно.
Главбух уносит действие по строке. Оставить, убрать, исправить реквизит с поставщиком, не трогать закрытый документ покупателя. Ему не нужна мотивационная часть про налоговую нагрузку. Если оба унесут только свою половину и не прочитают общий текст, через неделю директор снова попросит «без НДС», а главбух снова остановит счёт. Поэтому позиция одна, и в ней нет абзаца «только для директора».
Если на созвоне был один, второй получает тот же текст. Устный пересказ «нам сказали, что можно» текстом не является. Именно пересказ обычно теряет оговорку «только следующие счета» или «только если приёмка найдётся». Оговорка и есть содержание консультации. Без неё остаётся лозунг.
Когда созвон стоит остановить раньше конца
Документа нет и по описанию его не было в квартале, а вопрос — «как принять к вычету». Останавливают на этом. Не ищут формулировку, при которой отсутствие документа звучит приемлемо. Говорят, что вычета нет, и спрашивают, есть ли другой вопрос: ставка исходящих, переход, уже пришедшее требование.
Срок уведомления о переходе прошёл, а вопрос — «как всё же уйти с этого месяца». Останавливают. Статья 346.13 не лечится консультацией. Дальше либо следующий срок, либо оптимизация внутри текущей системы, если она есть. Смешивать «ну очень нужно» с нормой на созвоне не будут.
Вопрос с самого начала про возмещение из бюджета или про то, как провести через несколько лиц одну работу. Эти темы не дотягивают до конца часа в надежде, что «заодно посмотрите». Первую не ведут. Вторую не консультируют как способ. Клиенту говорят это сразу, чтобы час не притворялся другим продуктом. Если рядом есть живая строка декларации, к ней можно вернуться отдельным вопросом. Сама по себе схема возврата или схема разрезания живой строкой не становится.
После остановки всё равно остаётся короткий текст: чего не делаем и почему, со статьёй. Пустой час без текста не оставляют. Иначе в переписке появится версия «консультант не против».
Тот же текст полезен, если созвон прошёл до конца и вывод положительный. Положительный значит узкое «эту строку можно оставить», а не «с НДС у вас всё хорошо». Фразу «всё хорошо» в позицию не пишут. Она не говорит, что делать с шаблоном на следующей неделе, и её нельзя приложить к требованию. Узкое «оставить» можно: рядом норма и документ. Если через месяц документ потеряют, узкая фраза хотя бы напоминает, что именно искали. Общая похвала не напоминает ничего.
Если по ходу созвона выяснилось, что вопрос про всю книгу, а не про договор на столе, час не растягивают на импровизированный аудит. Фиксируют, что по принесённому документу ответ такой, а книги смотрят отдельной записью, уже с выгрузкой. Импровизация по памяти главбуха даёт позицию, которую книга на следующий день опровергает. Это хуже, чем честно остановиться на границе одного документа.
Границу полезно назвать вслух в конце созвона одной фразой: что решили по принесённой бумаге и чего по ней решить нельзя. Фраза попадает в текст. Если её нет, час легко запомнить как разрешение более широкое, чем документ. Широкое разрешение на камеральной нечем подтвердить. Узкое — можно.
Записаться
Напишите вопрос одной фразой и приложите один документ: договор, счёт или требование. Если документа ещё нет, так и напишите — скажем, можно ли закрыть вопрос нормой или без бумаги позицию рано фиксировать.